Ошибка! Наш расчет дает совсем другую цифру
Ошибка! Наш дважды повторенный расчет дает совсем другую цифру. Раиса вдруг наврала, да так хитро. Непостижимо — ошибка по заказу! Теперь я никогда не говорю технику заранее предполагаемый результат. Психолог, вероятно, объяснит такое явление скрытой работой подсознания, сознанию это просто не под силу. Расчетчик не размышляет над результатом, он ему безразличен. Да и не так просто в ходе неоконченного расчета «подтасовать» итог. Психологии еще со времен Фрейда известно: наши ошибки и обмолвки совсем не случайны. Однажды мы все ожидали премии за окончание срочных работ, и машинистка в научном отчете написала: «Экспериментальные точки хорошо ложатся на премию» — вместо «на прямую», сострила ненароком; еще одна «обмолвка» машинистки: «половой пропеллер» вместо «полый», но это уже из другой оперы.
И вот следующий долгожданный день наступил. Я повторил «один к одному» прежний эксперимент. Тот же эффект раздвоения — капли за ночь не изменили своей природы. Потом я слегка уменьшил скорость воздушного потока — отпечаток снова стал одиночным. Так я нащупал границу: чуть уменьшишь скорость — один отпечаток, увеличишь — два. Я случайно наткнулся на новое явление — дробление капли в потоке при определенной критической скорости.
Направление прежних исследований — благо они были почти закончены — я круто изменил.
Распад капли в потоке гораздо принципиальней и интересней. Теперь нужны убедительные подтверждения. Ведь мы все-таки не видели своими глазами, как она дробится. Доказательства требуются четкие, тогда можно избежать неприятных разговоров с начальством о новой внеплановой теме — победителей не судят. Я начал с химии: в лаборатории реактивов изготовили стопку фильтровальной бумаги со специальной пропиткой. В жидкость — теперь мы перешли на воду — была добавлена примесь красителя, практически не менявшая физических свойств. Капля, попавшая на экран, моментально впитывалась — отскок исключался. На бумаге возникало «глазастое» яркое пятно, оно хорошо было видно невооруженным глазом и для очень мелких капель — таким победным флагом можно было помахать перед любым ученым советом. Но все-таки хотелось увидеть и зафиксировать сам процесс дробления. Совместно с оптиками придумали простой метод: летящая капля фотографировалась в затемненной комнате при боковом освещении. Объектив фотоаппарата оставался открытым, использовался сильный осветитель. Свет, отраженный поверхностью ртутных капель или преломленный каплями воды, прочерчивал на фотопленке всю траекторию, четко обозначая место раздвоения. Оказалось, для каждой жидкости и диаметра капли есть своя критическая скорость — она тем больше, чем мельче капля.
…Другим повседневным помощником был механик стенда — фигура в нашей работе заметная. Стендовая установка часто являлась уникальной, со сложным оборудованием, с мощной энергетикой. Я всегда подробно знакомил своих механиков с задачей исследования. Помню, мы проводили опыты с распылива-нием в сверхзвуковом потоке — явлением тогда малоизученным. Потребовался миниатюрный жаростойкий распылитель, чтобы выдержать натиск струи с температурой более 2500° абсолютной шкалы. Существующие конструкции не вписывались в тесные рамки требуемых размеров. Несколько изготовленных новеньких моделей сгорели одна за другой, брызнув кометным хвостом расплавленного металла. Я предложил эту задачу моему механику Сереже Любимову. Через неделю появилось миниатюрное устройство. Для самого теплонапряженного лобового участка он сумел выточить маленькое острие из тугоплавкого вольфрама и запрессовать его в корпус — операция ювелирная. Все диву давались, как удалось изготовить острие из такого труднообрабатываемого материала. Остроумная конструкция использовала для охлаждения саму распыливаемую жидкость. Я получил отличный распылитель, а механик премию за рационализаторское предложение.
Популярность: 8%